Евгений Басов: Чукотка должна стать туристическим брендом

31 июля 2016, 12:00 2102

Чукотка, как суровая и самая северо-восточная окраина России, практически неизвестна широкому кругу путешественников. При этом регион обладает прекрасным потенциалом для развития туристической отрасли, однако для этого необходима совместная работа общественности и власти. С чего стоит начать и в каком направлении двигаться корр. ИА «Чукотка» рассказал известный путешественник, блогер и общественный деятель Евгений Басов, объехавший почти весь регион и знающий о его преимуществах не понаслышке.

Отметим, что эта публикация открывает тему развития туризма в регионе и в дальнейшем будет продолжена.

Брендирование региона, как персональное, так и со стороны власти

- Евгений, когда ты увлекся описанием путешествий?

- Все началось в 2010-м году. Это был мой первый большой поход – в заброшенный поселок Золотогорье. В отличие от походов выходного дня, когда нет истории как таковой, здесь она уже появляется. И, конечно, историей о своем путешествии захотелось поделиться с другими людьми – рассказать о самом поселке, маршруте.

Оставалось найти ресурс. Соцсети не позволяли этого сделать, а стиль Живого Журнала подошел идеально – это, своего рода, онлайн-дневник. Долгое время я писал только о путешествиях, потом постепенно начал описывать повседневные вещи, затем подключилось и творчество. И потом все сформировалось в некую концепцию того, что нужно рассказывать о жизни на Чукотке.

Для меня это не новый опыт, поскольку по специальности я – историк. Краеведение привлекало меня еще с детства. Изначально я вел блог только для себя, потом пошла обратная связь. Именно она мотивирует писать постоянно, потому что блог интересен уже не только тебе, но и другим людям. Опять же почему мне нравится писать? Когда мы пишем – мы формулируем. Проживаем и проговариваем, что с нами случилось. Есть возможность вернуться, перечитать и заново переосмыслить то, что произошло с тобой. И когда я общаюсь с молодежью, то всем рекомендую вести дневник, потому что это как минимум, умение излагать свои мысли правильно и последовательно, а потом уже и показатель внутреннего роста.

- У тебя в журнале часто мелькает тег – «Хранитель Чукотки». Это такая самоирония или уже определенное самосознание?

- Идея не моя, а Иды Лейбовны Ручиной. Когда я в 2012 году перешел работать в Красный Крест, она поставила передо мной две задачи – развивать туризм и молодежное движение. Последним я занимаюсь практически всю жизнь, в 2006-м году организовал свою первую общественную организацию «След».

И если говорить о своем отождествлении с «Хранителем Чукотки» и корреляции этого термина с контентом блога, то я не могу полностью примерить этот образ на себя. В противном случае, придется говорить о почетном и обязывающем к чему-то названии. С другой стороны, когда ты достигаешь определенного уровня развития, начинаешь позиционировать себя как профессионал. Это хорошо накладывается и на характер – если будешь скромным и застенчивым, то не получится реализовать то, что нужно решать напористостью.

Я эгоист в хорошем понимании – то, что интересно мне, будет интересно и всем остальным, потому что я начинаю «гореть» и зажигать этим других. О Чукотке на то время было написано немало, но всю информацию приходилось собирать по крупицам, поскольку не было единого ресурса, который бы аккумулировал весь контент. Поэтому с какого-то времени появилось четкое понимание того, что я занимаюсь брендированием территории. Вообще, ведение блога занимает довольно много времени – около четырех-пяти часов в день. Речь идет не только о написании и публикации текстов, но и об аналитике других постов.

- Кто, помимо тебя, еще занимается персональным брендированием Чукотки?

- Первый, кто приходит на ум – это Тимур Ахметов, который занялся этим еще раньше меня. Уже пару лет у него работает свой сайт. Тимур более профессионально, чем я, ведет проект, поскольку в студенчестве работал во многих московских издательствах. Для меня писательство и фотографирование – кардинально новые области, которые приходится осваивать.

Есть такой блогер Анатолий Кочнев, который пишет довольно узкопрофильно – о биологии. Но это его профессия. Хотя посты в ЖЖ появляются не так часто, как хотелось бы. Блогер из Провидения Антон Балацкий брендированием Чукотки не занимается, но у него великолепный блог по астрономии, в котором он описывает свои наблюдения и ведет просветительскую работу. Есть блогер и в Певеке - Юрий Капасёв. На Чукотке быть блогером довольно проблематично. Основная причина - очень «медленный» интернет, который еще и крайне дорог. К примеру, регулярное ведение блога на Чукотке обойдется вам в пять-восемь тысяч рублей в месяц.

- Перейдем тогда к более управляемому брендированию – на уровне власти. Удается ли тебе находить точки соприкосновения с чиновниками в этом вопросе? Получается наладить сотрудничество, элементарно определиться, кто и за что отвечает?

- С одной стороны, могу сказать, сотрудничество есть. С другой - представители власти не до конца понимают, что я делаю. Во многом это связано с тем, что в местном правительстве нет органа, который бы целенаправленно занимался брендированием территории. Отдельно взятые чиновники понимают, как это делать и для чего это нужно, но нет структуры, а если нет структуры, то нет и системности.

Чего бы хотелось? Возможно, тут снова пойдет речь о моей эгоистичности, но у меня есть ресурс, есть читатели. Это понимают и люди из власти. Но хотелось бы большей поддержки с их стороны, взять хотя бы помощь с оплатой интернета. Тем более что продвижение блога – чтобы о нем узнало гораздо больше читателей – тоже стоит определенных денег. Это раскрученный ресурс, которым можно и нужно пользоваться. Я за любое сотрудничество, если оно понятно, адекватно и целенаправленно. Пока что я наблюдаю проектную деятельность со стороны администрации, а хотелось бы увидеть системную работу.

На Чукотке есть места, где еще «продолжается» XIX век

- Сегодня Чукотка узнаваема остальной Россией, в основном, в прицеле федеральных новостей. Но там речь идет сугубо об экономической повестке. Что можно рассказать интересного о регионе, минуя федеральную повестку? Чем будем завлекать туристов?

- В местной туротрасли есть два уникальных явления – морские зверобои и географические точки. Больше в мире вы нигде такого не встретите. Понятно, что чукотско-эскимосский морзверобойный промысел в чем-то модернизировался (моторные лодки и ружья), но по-прежнему носит черты аутентичности. Вся технология сохранена – начиная от гарпунивания и заканчивая разделкой кита. Можно своими глазами увидеть многое из того, как это происходило в XIX веке.

- И туристы хотят на такое смотреть?

- В век глобализации и унификации человек больше всего ищет как раз уникальность. И в современном мире найти ее в разы сложнее, чем, скажем, еще пятьдесят лет назад. Сегодня инаковость стала настоящим явлением. И за такой феномен люди готовы платить. Безусловно, иностранцам это гораздо интереснее, чем нашим соотечественникам, поскольку первые гораздо более искушены в путешествиях.

- Хорошо, а как работает такой вид туризма? Например, в Перу на озере Титикака ты за определенную сумму можешь посетить рукотворные острова Урос, посмотреть, как их возводят, поесть форели и уплыть обратно. Здесь такой же механизм возможен, вплоть до организации тура?

- Я уже все это делаю. Ежегодно организую туры в Чукотский район. Там можно посмотреть сразу несколько вещей. Во-первых, это морзверобойные общины, которые живут традиционным промыслом, что само по себе вызывает интерес. Во-вторых, сам процесс охоты на кита, в котором можно даже принять участие.

Пример из последней поездки в Лорино. Мы вышли из устья речки, и водитель сразу дал по газам, поскольку кит проплывал как раз возле села. В погоне принимало участие шесть или семь лодок. При этом мы сидим не в лодке для туристов, а вместе с охотниками, ты самолично ощущаешь все заходы и виражи. И даже кит порой от тебя на расстоянии протянутой руки. В эти мгновения ты переживаешь такой экстрим, какой вряд ли возможен в повседневной жизни. Охота происходит всегда очень азартно. И, безусловно, у туристов есть страховка, поскольку все, что связано с Чукоткой входит в зону риска.

Вторая сцена этого захватывающего спектакля – разделка кита, что тоже само по себе самодостаточное явление. Кита из воды вытаскивают трактором, и на добычу тут же со всех сторон налетают люди, которые с ходу приступают к ее разделке. Зрелище – не для слабонервных, но, с другой стороны, процесс разделки говядины тоже кому-то вряд ли доставит эстетическое удовольствие. Но это промысел коренных народов, настоящая жизнь, и ты видишь ее изнутри. Тут же можно попробовать китовое мясо, кожу. После того, как люди возвращаются из Чукотского района, то самое частое словосочетание, которое они произносят: другая планета.

- А как сами морские зверобои относятся к такой коммуникации?

- У многих из них, например, у лоринцев, за долгие годы сложилась особая культура общения с туристами. Жители сел понимают, что им это тоже выгодно. С заработанных на турах денег морзверобои могут, например, купить новый мотор для лодки. Поэтому туризм – один из способов экономической независимости населения. В национальных поселках самая главная проблема – самозанятость селян. Если в городе экономическая жизнь еще есть, то в селе один из способов найти работу – устроиться в госсферу. А она строго регламентирована – и если положено по штату три кочегара, то их не может быть 50. Поэтому туризм на Чукотке, как и везде в мире, выполняет не только экономическую, но и социальную функцию.

Даже если мы сегодня будем тратить на развитие сферы больше, чем зарабатывать, продвигать ее все равно необходимо. Потому что давать людям деньги просто так или в виде пособий и субсидий – не выход. А если человек их зарабатывает, то ему становится интересно. Он не чувствует себя иждивенцем. И пусть даже условно в одно село приедет сто человек, а в другое – три, то это все равно будет показатель, по которому можно четко проследить самозанятость местного населения.

- Тут мы сталкиваемся с одним из главных препятствий, которое мешает развитию туризма – большими расстояниями и неважной логистикой.

- Возьмем, к примеру, Наукан – древнее заброшенное эскимосское поселение, которое находится рядом с мысом Дежнева. Там же рядом находится маяк, метеостанция. Наукан – не только очень красивое место, но и энергетически мощное. Ведь это место соприкосновения двух океанов, определенно - это одно из мест силы на Земле. Попасть туда можно только на лодке с морзверобоями. А до этого нужно долететь из Анадыря до Чукотского района. И здесь возникают определенные сложности, в виде проблем с билетами. К примеру, если у меня завтра появится хотя бы три туриста, то я не смогу привезти их в район, потому что вся туристическая история начинается в марте. И билеты можно купить только в тот день, когда открываются продажи. Через месяц достать что-то становится вообще невозможно, по сути, летом ты уже никуда не улетишь.

- Но здесь очевидный выход кроется именно в шагах окружного правительства. Можно выделять на турпоток квоты по авиабилетам.

- Именно об этом я и говорю. Я должен продавать определенный продукт, который включает в себя все. Не должно быть так, что я продал тур, а билетов для туристов уже нет. Поэтому, туризм должен стать для Чукотки приоритетным направлением, главным движущим экономическим показателем. Туризм вряд ли станет приносить доход казне больше, чем горная промышленность, но твердое второе место потенциально занять может.

- Вернемся к уникальным местам.

- Первое и самое вкусное – мыс Дежнева. Это самая восточная точка Евразии, России. И есть очень большая группа туристов, которую влечет именно эта «самость». Они готовы приехать, сфотографироваться, поставить галочку. И не надо ничего дополнительного придумывать. В пятнадцати километрах от него находится село Уэлен – очень красивое место. Опять же, самое восточное поселение России. И зарабатывать тут можно реально на мелочах, вплоть до открыток, которые можно отослать своим друзьям. И именно из таких, вроде простых на первый взгляд фишках и складывается уникальное наполнение путешествия.

Вторая точка – пересечение 180-го меридиана и Северного полярного круга. Она менее раскручена, чем первая, но тоже вполне самодостаточная, потому что разделяет два полушария, географическая линия перемены дат. Третья – не столь очевидная, но заслуживающая право на существование – Певек – самый северный город России.

Дежневский узел для брендирования выглядит самым притягательным. Чукотский район - полностью сельскохозяйственный, и там есть определенные проблемы с занятостью населения. Но на его территории как раз находятся морзверобои и мыс Дежнева.

Есть объекты второго порядка, которые не уникальны, но вполне тянут на туристические фишки региона. Это оленеводческие объекты, бальнеологические источники – горячие ключи и рекреационный ресурс – гигантские ненаселенные пространства Чукотки. Именно там лучше всего ощущается звенящая тишина. Вообще, тундру можно описать разнообразными эпитетами, вплоть до дзена. Опять же трофейные охота и рыбалка прилагаются к фишкам региона.

Последними охотно занимаются так называемые «серые» туроператоры – люди, которые не афишируют свою деятельность. Но и это можно поставить на хорошие рельсы, чтобы приносило округу доход. Опять же возвращаясь к самозанятости населения. Охотничий ресурс в регионе просто колоссальный, а профессиональных охотников-егерей по пальцам одной руки, поскольку это крайне дефицитная профессия. В рамках развития туриндустрии региона было бы неплохо открыть тематические курсы по подготовке таких специалистов из числа сельской молодежи.

Чукотка «по карману» любому туристу

- Во сколько сегодня обойдется такой тур для среднестатистического туриста? Почему я сегодня должен полететь не в условную Южную Америку, а на Чукотку?

- Люди, которые летят на Чукотку, должны осознавать, куда они попадут. Сегодня здесь нельзя говорить о классическом туризме, в котором программные мероприятия выполняются своевременно и неукоснительно. Чукотский туризм - это путешествия, о которых писали в книгах конца XIX - первой половины XX веков. Вполне может случиться, что место к которому вы будете стремиться, так и останется «закрытым». Это может случиться по разным обстоятельствам: погода, техника, стихийное бедствие. Те самые явления, которые обычно называются форс-мажором. И к этому нужно быть готовым и принимать обстоятельства. На Чукотке совсем другая туристическая история, нежели чем в классическом туризме, нужно четко понимать, для чего ты сюда едешь. Иначе потом будет мучительно больно.

Возвращаясь к вопросу о стоимости туров, есть несколько ценовых категорий. Мой проект – чукотский outdoor – самый бюджетный вариант, это походный туризм (сплавы на байдарках, пешие и велотуры). Это ценовая категория в пределе до ста тысяч. Если клиент рассчитывает на транспорт, дальние поездки – то это категория от 250 тысяч. VIP-клиенты, увлекающиеся трофейной охотой, платят от полумиллиона и выше.

И опять же, чтобы чиновнику было понятно, зачем ему нужно развивать туризм, достаточно простой арифметики – каждый турист приносит в экономику региона от 50-100 тысяч рублей. Каждый организованный турист - это микроинвестор региона. С пониманием этой мысли становится все наглядно и понятно. Многие представители муниципальных властей в районах вообще не ориентированы на туризм. А ведь нужно вложить совсем немного денег, чтобы все начало работать. Взять самое простое – таблички и информационные указатели. Туристическая сфера - это экономический мультипликатор, рубль, вложенный в туризм, приносит пять-семь рублей в экономику региона, причем в разных сферах: транспорт, сервисные услуги, пищевая промышленность, кустарные производства.

Ставка на базовый туризм

- Какой туризм лучше всего развивать?

- Чукотский туризм можно разделить на четыре категории. Первая – круизный туризм, приносящий самый небольшой доход бюджету. Да, туристов много, но почти все деньги уходят в пользу круизных компаний, которые находятся за пределами России. Но опять же, туристам, которые ненадолго высаживаются в поселках и селах, можно предложить сувенирную продукцию, которой почти нет. Есть небольшие изделия из кости, но они в большинстве стран запрещены к ввозу. Да и заходы таких лайнеров крайне нерегулярны.

Второй вид – outdoor в широком понимании этого слова. В эту группу входят охотники, рыбаки, туристы, передвигающиеся пешком. Третий – событийный, включающий в себя фестивали, праздники. И вот именно здесь можно и нужно развиваться. Сегодня многие праздники происходят ради них самих. Разумеется, социальную значимость таких мероприятий никто не отменяет, но в идеале каждый праздник регионального масштаба, на который тратится несколько миллионов рублей, должен если и не полностью самоокупаться, то хотя бы стремиться к этому. Фестивали можно сравнить со свадьбами. В народе говорят, хороша та свадьба, которая «отбилась». Взять тот же бразильский карнавал или OctoberFest в Германии. Здесь как раз и нужна медийная история.

Сначала эти праздники нужно отшлифовать, их должны делать профессионалы. Сегодня эта работа кочует от одного ведомства к другому. И когда чиновники занимаются организацией, то все получается именно по-чиновничьи, для галочки. Фестиваль - это бренд и его нужно продвигать. А помощниками в продвижении служат туристические компании, потому что взгляды чиновника, режиссера и туроператора на одну и ту же вещь могут сильно разниться. И мнение каждого из них стоит учитывать. Например, фестиваль нельзя делать в середине недели, его необходимо приурочить к транспортной схеме, он не должен «кочевать» из одного поселения в другое. И только тогда начнет работать механизм с самозанятостью – предоставление жилья, сервисные услуги, сувенирная продукция.

Четвертое направление – самое основополагающее для любого туризма – базовое. Речь идет о туркомплексах. Туркомплексы должны располагаться не в поселках, а в красивых пейзажных местах.

- Насколько я знаю, одна из твоих идей как раз и заключается в развитии такого вида туризма. Расскажи об этом немного подробнее.

- Изначально речь идет о небольших турбазах на 10-15 человек. Такие курорты должны быть многофункциональны, круглогодичны и труднодоступны. Понятно, что цена вопроса будет несколько выше, но это доплата за эксклюзив. Весь доход от базового туризма идет в регион. Наша задача – привлечь туриста на Чукотку, а сверхзадача – влюбить клиента в регион, чтобы у него появилось желание вернуться. Я знаю несколько состоятельных людей, которые приезжают сюда один-два раза в год. Они могли добраться до любой точки на карте мира, но выбрали именно Чукотку, каждый раз открывая ее с новой стороны.

И такие турбазы должны быть в каждом районе Чукотки. Охотничья изба на берегу озера или реки, горы, вечера у камина, проведенные в беседе с товарищами о том как они сегодня в минус тридцать ездили на рыбалку или наблюдали диких зверей. Исландия, Швеция уже прошли этот путь.

- О каких первоначальных инвестициях идет речь?

- Речь идет о 20-30 миллионах рублей на одну базу вместе с техникой. В идеальной модели эта турбаза при правильном развитии выходит на рентабельность через четыре-пять лет. Важно понимать, что частный инвестор сюда не пойдет, пока не будет шагов со стороны государства.

На сегодняшний день необходимо запустить процесс организации туротрасли на Чукотке через создание туркомплексов. Тогда мы сделаем Чукотку туристической не на словах, а на деле. Лишь тогда отрасль начнет приносить реальную пользу для самих жителей. Большинство из них любит тундру, и даже временный приезд в город для них сложен – родные места «зовут» назад. Там все иначе, по-настоящему. В этих комплексах будут работать такие люди, как я – увлеченные тундрой, Чукоткой, природой.

Прежние новости на эту тему

Пока нет